June 5th, 2005

То есть Леня Блехер и его друзья, получается, никогда правозащитниками не были

Потому что он вот так описывает свою раньшую деятельность:

Когда в прошлые годы моим друзьям и знакомым доводилось защищать людей, терпящих от государства, то их доводы были в основном такие: рассказывалось о том, какой правильный человек этот пострадавший.

http://www.livejournal.com/users/leonid_b/123925.html

Понятно, что такой подход ничего общего с защитой прав, законности - не имеет. Это подход не правозащитников, а жалобщиков по начальству. Так защищают не "простых людей", а "хороших людей". Не раскулаченного Ваньку, а полезных писателей, инженеров, командармов.

Собственно, именно так и защищают Ходорковского многие его сторонники - рассказывают, как улучшил он систему управления в ЮКОСе, сколько денег дал на полезные дела, какие заслуженные у него родители и т.д. В результате и получается обсуждение не уголовного дела Ходорковского, а самого Ходорковского.

Надеюсь только, что реальные правозащитники действовали и действуют совершенно не так.

Снова о Думе

Вообще-то процитированные ранее куски не следует рассматривать как типичные для Думы. Дело в том, что основная работа там идет, как я понимаю, в комитетах, без клоунады. И даже на пленарных заседаниях Думы такой клоунадой занимается весьма ограниченное число депутатов, фактически избравших это своей профессией.

Кроме того, она, клоунада, в значительной степени концентрируется в вопросах внешней политики, и даже не столько внешней политики, сколько истории советской и царской внешней политики - то есть в таких, где реальное влияние решений Думы незначительно, в лучшем случае демонстративно.

Самое поучительное в таких дискуссиях - не сами одиозные выступления, а фактическое отсутствие попыток возразить им по существу. Думаю, объясняется это не отсутствием аргументов для возражений, сколько ощущением депутатов, что такие возражения не принесут им никаких политических дивидендов. То есть молоть самый несусветный вздор из области истории - оказывается как минимум безнаказанным, а в ряде случаев и выгодным, а вот опровергать этот вздор - оказывается, видимо, невыгодным.

Так что я, пожалуй, сохраню для памяти еще несколько "исторических" дискуссий, а наряду с ними - и несколько дискуссий по реальным, содержательным вопросам.

27 мая - постановление "О попытках фальсификации истории", ч. 1

Там получилась интересная ситуация. Комитет по международным делам внес проект заявления, его обсудили и приняли. А потом Алкснис внес дополнительно собственный проект еще одного заявления - и его не приняли. То есть личные инициативы в таких делах как раз не приветствуются.

Кстати, сам текст принятого постановления я так и не нашел, как это ни анекдотично может звучать...

Итак, первая часть, обсуждение проекта комитета по международным делам:

Collapse )

Изменение закона "О лицензировании отдельных видов деятельности" - 1

Вот это - вполне реальный, не демагогический вопрос.

Интересен процесс его обсуждения. Первое чтение прошло 27 октября 2004 года, второе - 20 мая 2005 года. Перед обоими чтениями представленный правительством проект, судя по всему, интенсивно обсуждался в комитетах, но стенограммы этих обсуждений, похоже, или недоступны, или вообще не ведутся, поэтому приходится довольствоваться пленарными обсуждениями.

Опять же, наиболее содержательная правка происходит, вероятно, именно на комитетах, поэтому пленарные заседания представляют собой несколько скособоченную картину, с меньшей представленностью эффективных законодателей (эффективных - в смысле активно участвующих в работе над проектом) и большей - законодателей неэффективных. То есть это картинка не столько технической работы, сколько все-таки, так сказать, полупиаровской (если новый закон о языке еще не наказывает за такие выражения).

Предупреждаю - тексты длинные, скучные, технические.

Итак, стенограмма первого чтения, 27 октября 2004 г., часть первая (целиком стенограмма не влезает):

Collapse )