March 23rd, 2004

"Мысль, по форме маленько азиатская, но по существу верная"

20 ноября Сталин вызвал к себе в кабинет Огольцова, Питовранова и Гоглидзе для рассмотрения представленного ими проекта об организации Главного разведывательного управления (ГРУ) МГБ. "Обсуждение представленного проекта, - вспоминал Гоглидзе, - проходило в крайне острой, накаленной обстановке. На нас обрушился целый ряд обвинений, носящих политический характер". Основное недовольство Сталина было вызвано "отказом" МГБ от применения в борьбе с противником методов диверсий и террора, тем что "проморгали" врагов в стране. При этом Сталин сослался на дела врачей и Абакумова, а под конец приема пообещал устроить чекистам "всенародную чистку" от "вельмож", "бездельников" и "перерожденцев". В этот же день было решено назначить Огольцова и Гоглидзе первыми заместителями министра ГБ и курирование следственной части по ОВД возложить на Гоглидзе.

29 ноября 1952 г. Гоглидзе подготовил для Сталина докладную записку "о положении дел в МГБ". <...> Касаясь общих проблем работы МГБ, Гоглидзе отметил, что имело место "грубое извращение" в организации разведывательной работы, выразившееся в отказе от "активных, наступательных средств борьбы с противником за границей - осуществлении диверсионных и террористических операций" <...>.

<...>

<...> 1 декабря состоялось заседание Президиума ЦК КПСС, на котором рассматривались вопросы: "О вредительстве в лечебном деле" и "Информация о положении дел в МГБ СССР" и осуждалось письмо МГБ от 30 ноября 1952 г. Для разработки проектов резолюций по этим вопросам была создана Комиссия под председательством Маленкова. Проекты резолюций следовало подготовить уже к 4 декабря. Резолюция "О положении в МГБ" была одобрена решением Президиума ЦК КПСС 4 декабря 1952 г. В тексте резолюции содержался призыв усилить контроль партийных органов за работой МГБ, и, в частности говорилось, что "первые секретари обкомов, крайкомов партии и ЦК компартий союзных республик обязаны интересоваться агентурной работой органов МГБ и им должен быть известен весь список агентов". В резолюции, помимо общих призывов перейти от "пассивной" оборонной тактики к "активным наступательным действиям" в разведывательной работе, содержался и гневный пассаж, несомненно, продиктованный Сталиным:

"Многие чекисты прикрываются при этом гнилыми и вредными рассуждениями о якобы несовместимости с марксизмом-ленинизмом диверсий и террора против классовых врагов. Эти горе-чекисты скатились с позиций революционного марксизма-ленинизма на позиции буржуазного либерализма и пацифизма, забыли, что с озверевшим классовым врагом нельзя бороться в белых перчатках, оставаясь "чистенькими", не применяя активных наступательных средств борьбы в интересах социалистического государства, забыли указания Ленина о том, что классовая борьба - это жестокая борьба, а не пустая болтовня, не понимают той простой истины, что нельзя МГБ представлять без диверский, проводимых им в лагере врага."

Примерно ту же мысль Сталин повторил и на заседании комиссии по организации ГРУ МГБ. Возможно, это произошло 15 декабря 1952 г. Здесь прозвучали некоторые тезисы из письма Питовранова: "Главный наш враг - Америка. Но основной упор надо делать не собственно на Америку, первая база, где нужно иметь своих людей - Западная Германия". И тут же Сталин вернулся к волновавшей его теме: "Коммунистов, косо смотрящих на разведку, на работу ЧК, боящихся запачкаться, надо бросать головой в колодец".

Эта мысль оказалась созвучной настроениям последователей Сталина. Фраза настолько понравилась председателю КГБ Ю.В.Андропову, что когда в 1973 г. в архиве обнаружился листок с записью "замечаний Сталина", он немедленно отослал экземпляр Брежневу, напомнив ему о работе в комиссии Президиума ЦК, сопроводив сталинский текст своим замечанием: "Лично мне очень импонирует его высказывание... Мысль, по форме маленько азиатская, но по существу, верная даже в пору далекую от времен культа личности". Вообще замечания Сталина Андропов посчитат не только "вполне актуальными и сегодня", но и "пригодными во все времена". Брежнев тоже проникся важностью и значимостью сталинских мыслей о разведке и с пометой "важный документ" отложил его в папку для подготовки к апрельскому (1973) пленуму ЦК КПСС, обсуждавшему вопросы международной деятельности КПСС.


Никита Петров "Репрессии в аппарате МГБ в последние годы жизни Сталина 1951-1953"

Cahiers du Monde russe, 44/2-3, Avril-septembre 2003
http://monderusse.revues.org/document144.html