Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Intellectual Property, из переписки

................

К сожалению, как только Ротбард переходит к патентам-копирайтам, сразу возникают серьезнейшие проблемы. Я считаю весь этот раздел ошибочным. В нем Ротбард противоречит своей же теории собственности - последовательной и содержательной, ставшей краеугольным камнем экономической теории вообще.

Я считаю, что понятие собственности возникает из факта ограниченности материальных ресурсов, то есть из фундаментального свойства материальных предметов. Соответственно, собственность - есть собственность материальных предметов (своего тела и вещей). Материальные предметы, попадая в орбиту человека, ДОЛЖНЫ стать предметом собственности. МОГУТ же они стать таковым в силу своей объективной верифицируемости. Наличие или отсутствие материальных предметов можно продемонстрировать.

Соответственно, экономика занимается действиями людей по поводу ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО материальных, то есть ограниченных и объективно верифицируемых, предметов. Если взглянуть с этой стороны, то "авторство" НЕ МОЖЕТ быть предметом экономики, так как это не материальный предмет, а некое их предметов.

Под этим же углом оказывается, что копирайт и патент - это не "права собственности", а административные ОГРАНИЧЕНИЯ нормальных прав собственности, а именно прав собственности на свое тело и на приобретенные предметы. Как и все другие подобные ограничения, они вводятся бессистемно и произвольно, в ходе текущей политической конъюнктуры. Поэтому их конфигурация логически никак не объяснима.

То есть с точки зрения экономики писатель производит не повесть, а РУКОПИСЬ (изобретатель - чертеж). "Рукопись" - вполне материальная вещь, отчуждаемая и продаваемая, в то время как "повесть" - это не вещь, а интеллектуальное восприятие текста, нанесенного на материальный носитель. Продав или отдав рукопись, писатель прекращает свои с ней отношения собственности. Тут получается полная аналогия с другими товарами. Если я купил машину, то могу ее перепродавать, сдавать в аренду и т.д. без спроса производителя. Он зарабатывает на ней только один раз - почему и вынужден все время делать НОВЫЕ машины.

Соответственно, доход писателя возникает только в момент продажи рукописи издателю, который, в свою очередь, получает доход только от своевременности своего издательского процесса.

Тут часто пытаются возразить, указав на то, что, мол, значок копирайта означает согласие покупателя на условия и т.д. Этот прием использует и Ротбард. Но он не срабатывает. Сервитут (а речь фактически идет о сервитуте) может существовать в отношении недвижимости, когда возможно прослеживание передачи собственности. По отношению к книге невозможно доказать, что издатель-"пират" купил ее, а не нашел на улице, не получил в подарок от друга (которому ничего не обещал) и т.д.

Более того, если бы "обязательство", завернутое в значок копирайта, было бы действительно таковым, то не требовалось бы никакого специального законодательства о копирайте, а дела решались бы в контексте обычного гражданского права, то есть иска о нарушении договора на продажу. Абсурдность такого иска приводит, в частности, к тому, что производители автомобилей не вводят клаузул, запрещающих покупателям, например, подвозить соседей или вообще незнакомых людей (такая клаузула в глазах производителей могла бы служить средством увеличить спрос).

С этой проблемой тесно соприкасается проблема брэнда, brand names, о которой Ротбард говорит на страницах 592-593 - и говорит полностью ошибочно. ИМЯ, вопреки Ротбарду, никак не "включено в собственность". Каждый может назвать себя и принадлежащие ему вещи как угодно, в том числе и именем, которое кто-то другой считает своим. Имя - нематериально. Материальна, условно говоря, этикетка, лейбл - но она-то как раз принадлежит своему хозяину, а не тому, кто впервые придумал такую этикетку делать.

Интересно, что на странице 580 Ротбард очень убедительно рассуждает о том, что никто не должен нести ответственность за неспособность третьих лиц сделать что-то. На странице 569 Ротбард приводит прекрасную цитату Мизеса о том, что стальные "монополисты" не виноваты в том, что другие люди, в том числе их критики-обличители, не захотели заниматься производством стали. Но "защита брэнда", равно как и "защита копирайта", есть именно попытка притянуть за уши третьего в отношения двух, сделать продавца ответственным за деятельность (или бездеятельность) кого-то третьего.

Попробуем разобраться в проблеме брэнда (торговой марки) детальнее. Есть производитель А товара с устойчивым брэндом. Появляется другой производитель Б, который начинает продавать свой товар с тем же именем, то есть с похожими этикетками, того же рисунка и т.д.

Здесь возникают отношения ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО между продавцом Б и покупателем. Продавец А здесь посторонний. Принадлежащие ему предметы вообще не вступают в сделку, так что никаких нарушений его прав собственности не может быть даже отдаленно. Если чьи-то права собственности и нарушаются, то только покупателя. Но нарушаются ли они? Я считаю, что в общем случае нет. Здесь может иметь место обман, но это не обязательно.

Обман возникает, когда покупатель не отдает себе отчета в том, что продавец Б не идентичен продавцу А. В рыночной экономике такой обман не может стать постоянным явлением, так как рынок давно уже выработал надежный механизм борьбы с ним. Ведь обман - это следствие неустойчивости отношений продавца и покупателя, отсутствия мониторинга продавца со стороны покупателя. Механизм борьбы с этим - институт торговца-посредника. Торговец ориентируется на долгосрочную репутацию, берет на себя функции верификации производителя, а покупатель доплачивает за эту услугу. Соответственно, продавец А может не беспокоиться - его товары будут покупаться через специализированный магазин.

Простая иллюстрация - практически новая машина, но с рук, будет стоить резко дешевле чем такая же, но у дилера. Причина - в репутации дилера, который живет с постоянного процесса продаж, так что можно рассчитывать, что он сам заинтересован в качестве.

Однако, возможна и другая ситуация, когда покупатель прекрасно понимает, что товар произведен продавцом Б и только помечен как если бы он был сдела продавцом А. Покупатель стремится купить "поддельную" этикетку, но подешевле. Простейший пример - китайские часы "сейка" и "омега". Обе стороны довольны. Настоящая же "омега" будет вынуждена постоянно совершенствовать свой дизайн и т.д.

Наконец, возможна и такая ситуация, когда различие между "настоящей" и "поддельной" торговой маркой оказывается настолько мало, что без специальной экспертизы это не разберешь. Тогда получается, то у А и Б товары идентичны, и для покупателя вообще не возникает никаких проблем.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments