Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Цветков в "Октябре"

Алексей Цветков в "Октябре"
http://magazines.russ.ru/october/2002/2/cv.html

Как я понимаю, это - тот самый Цветков, который замечательный поэт?

Пишет горько, но во многом справедливо. Хотя картина все-таки не такая печальная.

Характерно, что обличая современную литературу, он авансом выводит за ее скобки поэзию. Чем сильно упрощает свою задачу...

Но цитаты великолепны:

Слово “наука”, семантически скопированное с немецкого “Wissenschaft”, скверно послужило русскому языку. Оно иллюзорно уравнивает две области знаний с совершенно разными кодексами правил и поведения. Простой пример: большинство из того, что написано академиком Лысенко, опровергнуто раз и навсегда, и единственное, что уберегает его от забвения,— это роль посмешища или страшилища. С другой стороны, большинство из написанного академиком Лихачевым, за исключением призывов любить родину, опровержимо, но это никак не отражается на его репутации. В большинстве социальных наук опровержение считается простой разницей мнений, и авторитет с титулом обладает решающим перевесом.

<...>

Сами по себе Деррида или Фуко ничуть не более научны, чем Лихачев и Лысенко, но они разработали совершенно невразумительный язык для выражения самых убогих мыслей, создав атмосферу герметичности и защитив твердыню знаний от посягательств ездоков метро и клязьминских байдарочников. Литературовед может отныне полагать себя ровней математику по непроницаемости текста — более того, он гордо полагает математика ровней себе, то есть считает таким же жуликом.

<...>

В большинстве американских университетов есть факультет, служащий всеобщим посмешищем, и это неизменно факультет английской литературы, обезьянник Деррида, сборище претенциозных болтунов и невежд, овладевших профессиональным жаргоном. Большинство серьезных журналов упоминают сегодня о тружениках этой отрасли почти исключительно в тоне колючего сарказма, а сами они дают себе волю лишь на ежегодных сборищах MLA, Американской ассоциации современных языков, в узком кругу себе подобных.

<...>

Россия — единственная в мире развитая страна с культурными традициями, историю которой можно узнать только из иностранных книг, считающая Льва Гумилева серьезным этнографом и, не поведя бровью, обсуждающая труды Анатолия Фоменко.

<...>

Атавистическое высокомерие порой обращается не только вовне, но и в собственное прошлое: все чаще, по крайней мере в частных контактах, приходится выслушивать горделивые признания в нелюбви к Толстому или Пушкину. Нельзя поручиться, что понять Толстого — значит полюбить его, но не любить, наперед отказавшись от понимания,— значит добровольно опроститься до Тредиаковского или Кантемира, что как раз и происходит. А всеобщая похвальба аполитичностью — это еще одно свидетельство презрения к истории, апофеоз Гумилева и Фоменко.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments