Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Политизация и взаимное озверение

Есть интересный феномен - когда какой-то вопрос политизируется, оказывается предметом политического противостояния, то отношение к нему резко поляризуется, а толерантность к тем, чье мнение по этому вопросу иное, так же резко уменьшается.

Скажем, если кто-то не любит музыку, еду, места отдыха, марку автомобиля и т.д., которые нравится нам - мы, как правило, воспринимаем это достаточно хладнокровно и не спешим делать далеко идущие выводы об умственных способностях этого человека. Каждый решает эти вопросы для себя, и если он любит пиццу, а я - пельмени, то мы друг другу никак не мешаем.

Но как только вопрос переходит в ведение государства, политизируется - ситуация меняется. В государственных вопросах, в общем случае, плюрализм - исключение, а монополизация - правило. Победитель забирает все. Если я победил, то ты проиграл, и наоборот.

Это, конечно, упрощение, потому что в реальной политике разнообразие мнений находит свое выражение в формировании сложных коалиций, а коалиции в стабильной политической системе обычно стремятся к центру, к сближению. Поэтому практическая политика основных противостоящих коалиций или крупнейших партий в стабильной демократии, как правило, различается гораздо меньше, чем их риторика. Но в какой-то степени именно поэтому их риторика приобретает несоразмерно конфронтационный характер. Будучи очень близки по существу, основные противостоящие коалиции, апеллируя к избирателю, вынуждены подчеркивать свои реальные или мнимые отличия от соперников. В результате вербальное противостояние почти все время находится в точке кипения, а политически ангажированная публика воспринимает эту риторику всерьез, интерпретируя реальность крайне дихотомически, в черно-белой раскраске, как противостояние страшного зла и великого добра.

В этой оптике политический оппонент легко может восприниматься как тотальный невежда, враг человечества, мошенник, идиот. То, что в обыденной жизни естественно относить к обычным человеческим слабостям и недостаткам - оказывается принципиальным злом. Если политик из противостоящего лагеря ошибется, ляпнет что-то неудачное, промахнется, неудачно выразится - это будет подхвачено и продемонстрировано как пример фундаментальной, неизлечимой и смертельно опасной глупости, типичной для всего противостоящего лагеря.

Людям свойственно ошибаться. Допускающие ошибку люди искренне убеждены в своей правоте. Если мы не ставим под сомнение их личную порядочность, а концентрируемся только на демонстрации ошибок и неточностей в их аргументации, то сохраняется шанс переубедить - если не тех, кто эту ошибку допускает, то хотя бы тех, кто к ним прислушивается. Но если сразу свести все к разоблачению и шельмованию ошибающихся, изображая их идиотами и мошенниками, то поддержку мы получим разве что среди тех, кто и так стоит на нашей стороне.

Это очень ярко видно на примере сторонников демократической и республиканской партий в США. Реальная политическая система США устроена так, что две ведущие "партии" представляет собой на самом деле очень рыхлые коалиции многочисленных групп и движений, действующих по большей части на локальном уровне. Основная тенденция политической жизни в США - центростремительная, то есть такая, где политики стараются завоевать симпатии колеблющегося центра. Результирующая государственная политика приобретает характер почти консенсуса. Это видно из того, насколько незначительно могут различаться политические курсы местных и федеральных правительств в условиях победы той или иной партии. Наоборот, реальные изменения в политике отражают не столько победу той или иной партии, сколько общий сдвиг в господствующей идеологии. На этом фоне сравнительно второстепенные вопросы могут приобрести символическое значение и стать предметом идейного противостояния.

Характерный пример - история с "креационизмом". Пока религия не пересекается с государственной политикой, люди способны демонстрировать очень высокую степень толерантности друг к другу. Казалось бы, нет ничего более противоположного, чем различные религиозные верования. Казалось бы, если я верю в религию Икс и считаю ее не просто обычной истиной типа "Волга впадает в Каспийское море", а истиной высшего уровня, то сторонник религии Игрек должен казаться мне каким-то получеловеком, недочеловеком, слепцом и безумцем. Однако ничего подобного. Люди самых разных религиозных верований, включая атеистскую веру, равно как и агностики - вполне уживаются друг с другом и не обзывают несогласных разными оскорбительными словами. Но как только дело доходит до государственных школ - все полностью меняется и накал страстей сводит людей с ума.

Еще более типично - высмеивание сторонников другой, неправильной партии как идиотов и жуликов. Слова людей, представляющих эту неправильную партию, разглядываются под лупой, и горе тому, кто выскажется не слишком удачно.

Но хуже всего - тому, кто попытается указать обличителям-разоблачителям на некоторую чрезмерность их страстей. Так уж получилось, что в этой роли время от времени приходится выступать мне. Как я некоторое время назад сформулировал свою планиду - "Это уж моя судьба такая. Если кто-то пишет, что Сталин имел целью устроить геноцид украинцев, то я возражаю - и меня сразу же записывают в сталинисты. Если кто-то пишет, что Сталин не имел отношения к голодомору, то я тоже возражаю - и меня сразу же записывают в русофобы".

В контексте великого взаимного заушательства американских демократов и республиканцев моя судьба аналогична. Скажем, после пары робких попыток указать юзеру arbat, что разоблачаемые им Обама и Пелоси в чем-то могли быть и не совсем неправы, я оказался торжественно забанен (впоследствии, правда, зачем-то разбанен).

А сегодня я, похоже, попал под огонь с противоположного берега.

Из постинга юзера bgmt узнал о курьезном эпизоде. Некая Cathrynn Brown, будучи членом легислатуры штата Нью-Мексико, внесла некий законопроект.

В тот же день политически ангажированные активисты, журналисты и блоггеры, поддерживающие демократическую партию США, разнесли весть об этом законопроекте по городам и весям США и всего мира. В их изложении законопроект имел целью принудить жертв изнасилования вынашивать свой плод, чтобы потом использовать его как доказательство преступления. Естественно, такую идею трудно назвать иначе как идиотской. Соответственно, она очень удачно легла в общую конструкцию шельмования республиканцев.

Мне, по моему неискоренимому скептицизму, естественно, кажется, что полноценные идиоты среди политиков встречаются редко, будь это США или любая другая страна. Если какое-то высказывание изображается идиотским, то, скорее всего, оно в худшем случае ошибочно, в лучшем - неудачно сформулировано автором, а в самом лучшем (или, наоборот, самом худшем?) просто не понято читающим.

Внимательное прочтение злосчастного законопроекта, вкупе с пятнадцатью секундами гугления, подтвердили справедливость этого предположения.

Ключевыми словами законопроекта, естественно, являются "with the intent to destroy evidence of the crime". То есть идея его автора - в наказании тех, кто заставляет жертв изнасилования совершить аборт против их воли с целью уйти от преследования. Актуальна ли эта проблема? Бог весть. Мне почему-то кажется, что не очень. Разумно ли предложение Браун? Не знаю, но мне кажется, что нет. Но в любом случае оно не имеет никакого отношения к той нелепой интерпретации, которую с восторгом подхватили противники республиканцев. Интерпретация нелепа, потому что ее предпосылкой является неизлечимый идиотизм автора законопроекта. Но именно поэтому она, эта интерпретация, и оказалась такой востребованной.

Вот такая печаль.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 73 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →