Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Излечение от социализма по-чилийски - "Час пик", 3 июня 1991

О первой в истории успешной антисоциалистической революции в Чили, об экономическом чуде этой страны начал рассказывать наш специальный корреспондент в 19 и 20 номерах "Часа пик". Публикации вызвали неоднозначную реакцию в СССР и в Чили…

Судя по "Правде" за 21 мая, в Москву жаловаться на советских визитеров, посетивших Пиночета, прикатил сам коммунист № 2 Чили Володя Тейтельбойм. Жаловаться уже другому коммунисту № 2, Ивашко. Реакция последовала - уже на следующий день "Правда" посвятила нашим скромным особам еще больше места в статье К.Хачатурова. Это, кстати, еще один аргумент в пользу скептиков, сомневающихся в том, что потенциальный Пиночет растет в коридорах нынешних властей: наши власти способны воспитывать только Фиделей Кастро и Менгисту Хайле Мариамов…

Буквально за последние пять-шесть недель разговоры о "чилийском образце" стали повсеместными. Их канва проста. Страна там была погружена в хаос? И у нас погружена. Там власть взяли военные? И у нас вроде бы посматривают в ту же сторону. Делается вывод: результаты будут такие же блестящие.

Но это только коммунизм является простой суммой Советской власти и электрификации всей страны. Капитализм же не складывается из предшествующего развала и военного переворота… Уже было сказано о значении личных воззрений Пиночета. Но этого мало: для реализации своих идеалов ему надо было на кого-то опереться. И вот - еще одна уникальная чилийская особенность. К середине 70-х годов там сложилась большая (по чилийским масштабам - более 150 человек) группа высококвалифицированных экономистов-единомышленников, выпускников экономического факультета Чикагского университета. Это сейчас все знают, что такое чикагская школа экономики, кто такой, например, Милтон Фридман. Идеи тотального экономического либерализма наступают по всему миру. Но в 60-х годах, когда первые пять чилийских студентов случайно попали на учебу в этот университет, ультралиберализм в экономике считался смесью отсталой реакции и интеллектуального чудачества.

Нам много раз рассказывали романтическую историю о том, как эти пять студентов увидели в журнале фотографию студентки другого факультета, тоже чилийки, победившей на университетском конкурсе красоты. Как они позвали ее на вечеринку (землячка!), и в нее влюбился их молодой преподаватель. Как стал молодой американский преподаватель мужем этой чилийки, фанатиком Чили, и заодно - деканом экономического факультета. С тех пор стипендии для способных чилийцев стали тут не редкостью…

Группа так называемых "чикагских мальчиков" к середине 70-х насчитывала в Чили не один десяток человек. Ныне страна - одна из признанных мировых держав в области экономической науки, но тогда эти ребята имели только профессиональный потенциал, идеологию свободы, чувство интеллектуального единства. Не было у них ни общественного признания, ни опыта сотрудничества с властями. Не звали их власти - и тем самым не дискредитировали, не развращали компромиссами, не покупали и не раскалывали.

Они еще в 1972 году составили своего рода программу, скорее - манифест, концепцию действий. Это не была программа в ставшем уже традиционном для СССР смысле: с описанием мероприятий, сроков их выполнения, с расчетами последствий. Такие расчеты обычно делаются для того, чтобы произвести впечатление на людей, не разбирающихся в сути дела: мы, де, считали, работали. Вообще за требованием "представить расчеты", столь массовым у нас, скрывается чаще всего идейная беспринципность. Если политический лидер верит только расчетам на 2005 год, это значит, что он не понимает и не разделяет принципов нормальной (читай: свободной) экономики. Это значит, что реформа для него - только очередная кукуруза, способ без особого труда выловить из пруда огромную золотую рыбку для подведомственного народа. А раз политическое руководство не верит в принципы, не понимает их - оно неизбежно сдрейфит при первых неизбежных трудностях. Сдрейфит - и изменит. По беспринципности.

Я, вызывая на себя огонь критики, готов сказать о величии Пиночета. Да, он оказался великим человеком. Величие его проявилось в 1981-1982 годах, когда, после пяти лет подъема, экономика рухнула в кризис. Причин было много - и долговой кризис всей Латинской Америки, и ошибки в ходе реформы. И генерал не сказал своим экономистам - пускай теперь попробуют другие, ваш номер не прошел. Нет, он отбивался от таких предложений как мог, он жертвовал одним "чикагцем" за другим, но курс сохранил прежний. Потому что верил в него сам, а не по подсказке советников.

Кстати, о советниках. Что характерно для принципиальных политических лидеров - им не нужны советники и советчики. Советник может подсунуть на подпись любой указ с самой радикальной реформой, но внедряется-то реформа не актом указа, а повседневной мелкой и непредсказуемой деятельностью. А на нее, на каждую резолюцию под каждой бумажкой, советников не напасешься. Жить надо проще. Вот пришел к президенту Пиночету профессор Хосе Пиньера с проектом пенсионной реформы - и не стал советником. Стал министром труда, стал сам все проводить. Вот достойное поведение политика: придумал? Убедил? - Сам и делай, отвечай сам за себя.

Известно, что одни ум - хорошо, а два - лучше. Так и капитализм лучше социализма потому только, что экономикой управляет максимальное количество людей - каждый на своем месте и под свою ответственность.

Все реформы военного правительства сводились к тому, чтобы высвободить условия для свободных и равноправных действий в экономической сфере, сузить область ограничений и вмешательств.

Реформа шла одновременно по многим направлениям.

ЦЕНЫ. В течение нескольких месяцев прошла либерализация цен. Их не повысили, не понизили - высвободили. Ликвидированы очереди и черные рынки, о которых теперь никто не вспоминает без ужаса. Теперь в стране нет вообще никакого контроля за ценами. Именно поэтому они стабильны.

ТАМОЖЕННЫЙ РЕЖИМ. Пошел процесс снижения и выравнивания таможенных пошлин на ввозимые товары. К июлю 1979 года тариф стал единым - 10 % на любой импорт (кроме автомобилей - вот уступка общественности, которая из слепого патриотизма все еще предпочитает переплачивать фирмам, ведущим сборку машин в Чили!). Сняты все ограничения, разрешения, лицензии на внешнеторговую деятельность.

ВАЛЮТА. Резко девальвирован песо. Отказались от бесчисленных индивидуальных курсов обмена. Зато с августа 1975 года песо стал внутренне конвертируемым - и отпала проблема поиска валюты для импорта: иди и покупай. Что еще не разрешено - так это экспорт капитала, то есть вывоз валюты в инвестиции за рубеж, а не для ввоза товаров. В результате в стране скопился избыток (!) иностранной валюты, и на так называемом теневом рынке она продается дешевле (!!), чем на официальном. Но внешняя экспансия чилийских капиталов не за горами.

В результате уже только этих мер чилийские предприниматели оказались в условиях, совершенно неведомых для Латинской Америки. Например, владелец предприятий по разливу кока-колы говорил мне, что со своими аргентинскими, бразильскими коллегами он общается уже как бы на другом языке. "Они спрашивают меня, кто устанавливает цены на мою продукцию, долго ли ждать разрешения на экспорт, легко ли министерство отпускает мне валюту. А я об этом вообще не думаю!"

Но зато предприниматели остались один на один со всем мировым рынком и выкручивались кто как мог. Скажем, сейчас Чили - очень крупный экспортер фруктов, попадающих в Европу и США как раз к рождеству. Но чтобы найти эту нишу, надо было, чтобы спрос на продовольствие внутри страны упал, чтобы низкие пошлины позволили ввезти современное перерабатывающее оборудование, чтобы свобода экспорта была абсолютной.

Замечательно, что правительство не имело ничего, что в СССР называется "программой структурной перестройки". То есть структура производства и экспорта была неэффективной, но какой она стать должна - решал безличный рынок. Если в 1930-1970-х годах экспорт (то есть производство, реально признанное мировым рынком эффективным) составлял примерно 10 % внутреннего продукта, то теперь - около 30 %, и чилийцы считают, что еще и мало.

Чтобы развивать производство, необходимы были реформы, упрощающие, стабилизирующие правила ведения частного бизнеса внутри страны.

НАЦИОНАЛЬНАЯ ВАЛЮТА. Ее стабильность - условие долгосрочных вложений капитала, лекарство от спекуляции и гарантия долгосрочной занятости работающих. Когда валюта падает - все доходы обращаются в текущее потребление, а долгосрочные вложения вынуждено делать государство (с очевидным результатом). Чтобы разорвать этот порочный круг, был прежде всего сокращен госбюджет. Из него вывели расходы на дотации к ценам. Из него вывели расходы на бюрократов - все бюджетные учреждения обязаны были сразу сократить расходы на 20 %. Предприятиям, оставшимся в руках государства, было заявлено, что никакой специальной помощи для покрытия убытков они получать не будут - и эта угроза подхлестнула их и заставила стать эффективными лучше всех уговоров.

Все банки, национализированные до 1973 года, вернулись к своим прежним владельцам, а контроль над уровнем процента был снят - появились стимулы для сбережений и инвестиций.

Дефицит госбюджета, в 1973 году составивший почти 25 % всего валового национального продукта, к 1978 году упал до величины 1.24 %. Инфляция за этот период упала с 500 до 30 процентов.

ИНОСТРАННЫЙ КАПИТАЛ. Вопреки нашей пропаганде, чилийские экономисты отводили ему весьма скромное место в своих планах. И справедливо: ведь особенность международного капитала - это текучесть, скорость. Он может быстро перетечь в страну и так же быстро бежать, оставив за собой финансовый кризис. Да и безнравственно же делать, как принято у нас, льготы иностранным капиталистам в ущерб национальным. В Чили все было просто: разрешены любые внешние капиталовложения на тех же условиях, что и внутренним владельцам капитала, с теми же гарантиями. Одно особое условие - обратная репатриация капитала не ранее чем через три года (прибыль - хоть сразу). Одна льгота - можно один раз зафиксировать налоговый режим на момент инвестиции и получить иммунитет от возможного повышения налогов (но и от понижения тоже).

Учитывая, что страна решила проблему внешнего долга (он есть, но выплачивается; Международный валютный фонд уже не занимается проблемами Чили, и обязательства Чили продаются уже по цене, близкой к 100 %), эти условия оказались достаточными. Солидный (подчеркнем это) капитал активно вкладывается в экономику страны и конкурирует с национальным.

НАЛОГИ. Налоговая реформа позволила ввести в стране одну из самых современных и удобных систем - так называемый налог на добавленную стоимость (VAT - value added tax). Он взимается по единой шкале (сперва это было 20 %, сейчас - 18 %), со всех продаж (а не только конечных, розничных) - но только с величины добавленной стоимости. То есть - за вычетом того, что заплатил сам продавец поставщикам. Такой налог ликвидирует всякий произвол, льготы и бюрократическую торговлю. Он замечателен и тем еще, что сам создает механизм автоматического контроля: чтобы понизить сумму собственного налога, каждый участник купли-продажи вынужден указать в декларации реальную величину своих покупок и тем самым "заложить" своего контрагента. Всеобщая компьютеризация страны, и в первую очередь налоговых служб, позволила создать то, что можно рискнуть назвать "разумным полицейским государством". Правила поведения просты и рациональны - но исключений в этой стране не делается ни для кого.

Есть еще и личный подоходный налог. Тут особенность такова: постоянно снижаются верхние его ставки (сейчас на максимальные доходы он может достигать не более 50 %) и одновременно повышается нижняя граница, с которой он платится. Минимальная ставка (5 %) начинается с доходов, в три раза превышающих минимальную зарплату.

ПРИВАТИЗАЦИЯ. Она проводилась в несколько этапов, и первый из них - до 1980 года - был массовым, но простым. Просто вернули назад все, национализированное Альенде. Кроме меди. В Конституции осталась запись, обеспечивающая государственную монополию на медь - такова сила традиций.

Это была приватизация явная, эксплицитная. Едва ли не важнее была приватизация имплицитная, то есть снятие ограничений на частную инициативу. Снимаются запреты на бизнес во всех отраслях, до того монополизированных государством. Вводится новый трудовой закон, запрещающий монополию профсоюзов с их бойкотами. Ведь монополия одного профсоюза на ведение переговоров означает, что кто-то не получит рабочего места даже по той цене, которую предлагает предприниматель. Шансы создания новых рабочих мест в отраслях с такой централизацией рабочей силы катятся вниз (среди капиталистов тоже дураков нет).

Результатом этих мер сперва был, естественно, резкий спад производства и занятости. В 1973 году, при Альенде, производство упало на 3.6 %, но занятость выросла. В 1975 году производство упало на 12 %, резко выросла безработица. Но радикальное лечение быстро принесло результаты: темпы роста после 1976 года утвердились и достигли 8 %, занятость росла примерно на 5 %. И это было действительно эффективное производство - ведь "немедный" экспорт вырос со 150 миллионов долларов в 1973 году до 4 миллиардов в 1981-м.

Надо сказать честно: чуть ли не 15 лет стабильный рост экономики для рядовых чилийцев выражался прежде всего в невысокой безработице. Реальные доходы долго не росли. Зато обновился парк оборудования, промышленность и сельское хозяйство нашли свое место на мировом рынке и работают на самых современных технологиях. Строительный бум охватил всю страну. За счет стабильности доходов средних слоев резко улучшено положение самых бедных.

Такова плата за лечение, за стабильность, за резкий рост личного благосостояния, начавшийся с середины 80-х годов. И непросто ответить на вопрос, могло ли пойти на такие меры правительство, каждые 4 года отчитывающееся перед нетерпеливыми избирателями. Для чилийцев (корейцев, тайваньцев) это вопрос исторический; они-то думают от другом - как обеспечить демократию и уже рыночную экономику. Актуален же этот вопрос для нас, для Восточной Европы, где флагман до сих пор - Польша. И ответа еще нет…
Tags: публикации, час пик
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments