Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Неожиданное завтра - "Час пик", 27 января 1992

На Западе считают, что основное препятствие экономической реформе в нашей стране - это незнание рынка и неготовность к нему наших людей. Я всегда категорически возражал против второй части этого тезиса. Я считаю, что готовность к сделке, сговору, ответственности, мобильности - в России сегодня крайне велика. И не здесь таится угроза реформе; проблемы концентрируются не внизу, в народе, а наверху, на уровне центральных властей, - которые-то как раз и боятся рынка (то есть - свободы), которые до сих пор не избавились от претензий на опеку, команду, арбитраж, которые, короче говоря, вовсе не либеральны по своим воззрениям, как бы слово "либерализм" не пытались сопрягать с именами даже Гайдара и Чубайса...

Зато соглашусь с тем, что наши люди рынка не знают. В этом и нет греха, да и откуда знать? Жизнь научит рынку быстрее и лучше любых учебников. Но бесконечные разговоры о сегодняшних реалиях в завтрашней "рыночной" терминологии слишком часто уж заставляют даже искушенных, казалось бы, людей представлять себе постреформенное будущее как простую экстраполяцию нашей нынешней хозяйственной системы.

Хочу развеять иллюзорные опасения и иллюзорные надежды. Много неожиданного увидим мы в свободной рыночной экономике.

1. Упадок биржевой торговли

Слишком часто журналисты рекламируют нынешние биржи как эталон и зародыш капитализма. Увы, эти учреждения, как и вообще слишком многие в "совке", лишь присвоили себе чужое имя. Уже то должно навеять подозрения, что число их обвально растет и обогнало количество всех бирж в остальном подлунном мире, что создаются они в каждом областном центре, а не только в подлинных деловых столицах.

На Западе биржа - это место торговли максимально однородным, стандартизированным товаром. Идет процесс абстрагирования от его конкретных свойств - и доводится он до голого символа, до ценной бумаги, вообще почти лишенной материальности. Реальных сделок на нормальной бирже почти нет - их доля редко достигает нескольких процентов. Идет спекуляция на ожидаемой цене, позволяющая реальным продавцам и покупателям страховать свои сделки от возможных колебаний цен.

Наши биржи ведут торги товарами наличными и разнородными. Выставление к продаже индивидуальных и уникальных товаров (таких как недвижимость, технологии, сложная продукция машиностроения) и мизерные объемы сделок (сотни тонн продовольствия, штуки и десятки штук техники, тысячи тонн энергетического сырья) - это прямое свидетельство тому, что наши биржи суть просто-напросто толкучки, барахолки для предприятий.

И как розничная торговля при рыночной реформе перемещается с площадей, тротуаров и заплеванных толкучек в универмаги и магазины, так и оптовая торговля переходит в руки специализированных фирм, а по большей части будет идти путем прямых сделок без посредства псевдо-бирж. Желающий купить Камаз обратится к заводу или к его дилеру; сложный и полулегальный механизм двух цен, - маленькой госзаказной на большую часть продукции, и заоблачной биржевой на меньшую ее часть, - отомрет. С ним умрут - и госзаказ, и биржи.

2. Ликвидация бартера

Некоторые экономисты видят в бартерных сделках особую черту зарождающегося российского капитализма. Есть задумки организовать специальные механизмы бартера типа расчетных палат и т.д.

Увы, бартер означает реально - или деградацию экономики, сведение ее к примитивному обмену самыми минимальными благами, - или маскирует всевластие местной администрации, - или служит средством уклонения от налогов.

Деградация - так как обмен товарами резко понижает эффективность самого этого обмена; убивает гибкость и мобильность, присущую современной экономике; сводит удовлетворяемые потребности до самых примитивных.

Диктат администрации - так как реально бартер идет, как показали обследования, не столько между предприятиями, сколько между регионами. Области отчуждают в свои бартерные фонды 10-15 процентов продукции местного производства, меняются ею, оформляя встречные продажи, и делят добычу на своей территории. Вместо огромной государственной экономики создается полсотни-сотня маленьких государственных экономик, и разрушительная модель покойного СЭВ'а заменяет разрушительную модель покойного Госплана.

Уклонение от налогов - так как именно нерыночная, нелиберальная экономика повышает уровень обложения выше социально-приемлемого. Это заставляет уже не мириться с налогами, а обходить их. Недоимки бюджета из-за уклонений плательщиков толкают правительство на создание новых налогов и повышение существующих ставок. Либерализм разгружает бюджет, снижает налоги и желание их обойти, ликвидирует стимулы к сочинению нетрадиционных (и неэффективных) форм сделок.

3. Аграрный кризис и продовольственная проблема

Подлинная проблема экономики при переходе к рынку - это проблема сельскохозяйственного перепроизводства. Нам ее не избежать. Польша, как и мы, целые годы жила карточной системой, получала позорную продовольственную помощь и ломала голову над способом ее распределения. Скачкообразно поляки перенеслись в новый мир: они мучаются из-за ограничений, выстроенных Европой перед их продовольственным экспортом, крестьяне требуют оградить их от иностранной конкуренции и мечтают, как бы прорваться на якобы бескрайний советский (или как его теперь и называть-то?) рынок.

И нам суждена та же дорога, и наш продовольственный рынок не так-то широк. Нигде нет такой конкуренции, как в сельском хозяйстве, производящем одинаковую продукцию с очень узким спектром различий. Нигде нет таких различий в условиях производства, как в аграрной сфере. Ни в какой другой отрасли нет таких малых возможностей быстро и радикально сменить профиль занятости и производства или вырваться на новые внешние рынки.

Перепроизводство сельхозпродуктов не означает их дешевизны, но означает угрозу разорения и прямое разорение для множества производителей. В нашей стране традиционно аграрные районы были богатыми, а индустриальные - бедными. Но чем скорее промышленные центры откажутся от глупых надежд на карточную систему и повернутся в сторону свободной торговли, тем скорее начнется дифференциация на селе. Ведь известно, что основную часть продукции там дает всего лишь малая доля хозяйств. Ликвидация уравнительных дотаций сама приведет к краху тех, кто долгие годы дешевой демагогией о "долге города селу" выбивал списание долгов и накачку пустых денег в обращение.

Сегодня много говорят о том, что земельная реформа и реорганизация колхозно-совхозной системы, де, были бы спасительны для страны, но тормозятся консерваторами на местах. Не думаю, что принятие каких-нибудь новых постановлений сможет что-то изменить здесь. Зато твердость правительства в денежном вопросе позволит неэффективным колхозам (ведь мы не любим их за неэффективность, а не за то, что их придумал Сталин, не правда ли?) просто рассыпаться, а продажа земли станет не докучным выполнением спущенных директив, а единственным и желанным поведением ее нынешних держателей.

4. "Сырьевое богатство России"

Боюсь, что рынок сильно поколеблет абсолютно всеобщую догму о будто бы особом счастье России в виде несметных ресурсов. Особенно любят порассуждать о нефти и золоте. Это видно даже из документов правительства, которое постоянно предусматривает особый режим сделок с этими товарами.

Объяснить эту догму просто. Алмазы, золото, нефть - абсолютно ликвидные товары. Для брежневской экономики она стали подлинно единственным продуктом, пригодным для внешнего рынка. Но ради того, чтобы протолкнуть эти товары в мировую торговлю, приходилось жестко держать абсолютно неадекватную мировой систему внутренних цен, в том числе - цен на труд и на природоохранные мероприятия.

Я очень и очень сомневаюсь, что при свободном ценообразовании и реальном валютном курсе себестоимость добра в российских сырьевых кладах будет в среднем такова, что это добро сможет так широко продаваться вообще, не говоря уже о получении сверхприбылей.

Во всем мире сырье стараются добывать поближе к основным транспортным морским путям, и свехконтинентальный или арктический характер Урала и Сибири уже подрывает их шансы на успех. Забывают, что фантастические богатства Персидского залива объясняются уникальным дебетом тамошних скважин - пробуренные раз, они дают нефть годы и годы. А даже трудно представить себе затраты на постоянное бурение и прокладку трубопроводов в экстремальных условиях Сибири - по свободным расценкам!

Нет, богатство России не закопано в земле. Оно - в руках и головах ее горожан, чья квалификация исключительно высока по сравнению с их мизерными потребностями, в их образовании, в технологиях...

5. Векторы внешней торговли

Сегодня каждая территория, будь это село или республика, стремится, как принято говорить, привлечь товар и ограничить его вывоз. Следы этой психологии необъяснимым образом отчетливо видны в последних указах о внешней торговле. Там предполагается облагать пошлинами и строго лицензировать экспорт, зато практически свободным объявлен импорт.

Прямо скажем - рыночная экономика устроена строго наоборот. Главная проблема в ней - поиск рынков, поиск спроса. В свободных странах всегда есть национальный консенсус правительства, труда и капитала в вопросе стимулирования экспорта. Это подлинно общенациональная задача, и правительство должно всячески поощрять экспорт политически, - давлением на протекционизм партнеров, - и экономически, - ликвидируя как минимум дискриминацию экспортеров, если не прямо дотируя их.

Зато надо быть готовым к громкому и дружному хору сторонников протекционизма из числа отраслей, попавших в неожиданные условия конкуренции. И это будут как раз отрасли, производящие не промежуточный, а самый сегодня желанный конечный продукт. Это будут те, кто сегодня царствует на внутреннем рынке - автомобилестроители, швейники, производители всяких телевизоров и колбас.

Я опасаюсь, что давление в сторону ограничения импорта будет так велико, а ориентация наших таможенников и пограничников на полный произвол и контроль так глубока, что идеальной мерой была бы - без шуток! - полная ликвидация всякого контроля за движением товаров и людей на границе вообще. Мы слишком бедны для этой роскоши. Отменим пограничников! Отменим таможенников! Ясно ведь, что поток всякой накипи - преступного элемента, наркотиков, оружия - идет и будет идти не к нам, а от нас. Вот пусть богатые соседи и контролируют этот поток на свои средства. Зато адаптация к мировому рынку будет самая легкая и быстрая.

6. ...И долларизация всей страны?

Многие считают, что защита рубля от конкурирующих валют станет серьезной задачей рыночной экономики. И это неверно. В принципе, в краткосрочном разрезе экономика может быть рыночной как при твердой, так и при падающей национальной валюте. Инфляция ударяет не столько по текущим операциям, сколько по средне- и долгосрочным сделкам - инвестиционным, кредитным, страховым. И в этом случае свободное обращение доллара и вообще конкурирующих валют поможет избежать катастрофического сжатия подобных сделок.

Особенность борьбы с конкурирующей валютой такова, что если национальная валюта может вытеснить ее, - то вытесняет абсолютно автоматически, без специальных мер властей. И это произойдет, можно не сомневаться. Если сегодня средняя зарплата в нашей стране составляет 10-15-20 долларов в месяц, то объяснение одно - страшная переоценка доллара из-за его надежности, то есть неподвластности манипуляциям всех Павловых, Рыжковых, Матюхиных, Геращенко и Гайдаров вместе взятых.

В Польше было то же в 1989 году. Зарплата была около 20 долларов в месяц. Уже первые месяцы реформы привели к резкому падению покупательной способности доллара на внутреннем рынке. Сегодня зарплата составляет уже 200 долларов. Злотый, будучи свободно конвертируем, именно поэтому стал основным средством сбережения в стране, вытеснив из этой сферы еще недавно монопольный доллар.

Таким образом ликвидируется катастрофическое социальное неравенство между гражданами "рублевыми" и "валютными". "Рублевые" переходят из категории нищих в разряд бедных - а это уже немало!

Если же правительство не сможет эффективно удерживать курс национальной валюты, то и тогда долларовый поток, видимо, не захлестнет страну. Падающий рубль, действительно, будет вытесняться конкурирующей валютой, но будет ею, похоже, валюта не иностранная, а отечественная. Только - частная. Негосударственные деньги обладают замечательным преимуществом - они не обязательны к приему и поэтому не могут быть навязаны экономике в случае инфляции. Система свободных конкурирующих денег вообще исключает инфляцию как таковую.

Так что, учитывая объективную слабость власти и не менее объективную нехватку иностранной валюты, можно ожидать реализацию в России давней либеральной идеи приватизируемых денег, частной денежной промышленности, дающей гражданину окончательное освобождение от произвола государства.

7. Кто вылетит с рынка

Реформа кардинально изменит соотносительную ценность целых отраслей и сфер деятельности.

Так, первый удар будет нанесен по системе розничной и оптовой торговли. Нынешние опасения, что "торговцы все скупят", совершенно беспочвенны. Ограничения спроса окончательно обескровят торговлю, лишив ее и без того небольших оборотных средств. Вслед за торговлей удар примет на себя промышленность товаров длительного пользования, спрос на которые временно, но резко упадет. Производители в поисках выхода к рынку откроют альтернативные формы продажи, - с колес, со склада, - и тем добьют старую торговлю.

Торговля, наконец, перестанет быть делом особенно, специфически выгодным. До сих пор вся коммерция в стране была изначально несправедливой, жульнической, спекулятивной. В любой торговой цепочке где-то в начале стояли цены твердые (цены валюты, труда, энергии, безналичных фондов и т.д.), а в конце - свободные. Освобождение всех цен, всех до единой, сделает торговую деятельность не более прибыльной, чем всякая другая. Отпадет всякое основание для возникновения и расцвета криминальной среды, рэкета, коррупции.

Общество без ограничений на виды, типы и масштабы сделок, общество с высокой социальной мобильностью, - станет и обществом более высокого равенства. Расслоение по доходам и имуществу - признак барьеров в свободной экономике. Сняв эти барьеры, мы резко уменьшим и размеры преступности, и сам ее вес в повседневной жизни людей.

Так что удар рынка придется, как ни странно, по тем, кто особенно процветал в период непосредственно перед реформой. Это - экономические преступники, затем участники торговых цепочек, затем псевдо-частный бизнес (изображающий у нас класс капиталистов и живущий только дармовым кредитом и спекуляцией), затем - занятые в привилегированной сегодня сфере производства товаров народного потребления.

А вот те, кто боится рынка больше всего - от него-то и выиграют...

* * *

P.S. Все вышеизложенное есть не гипотеза, а наше реальное будущее. Вопрос только в сроках его появления. Здесь действительно много зависит от правительства, в чьих действиях до сих пор недостает ясности.

В следующей статье мы рассмотрим, что и как правительство могло бы сделать, чтобы переход к описанному будущему прошел максимально быстро и безболезненно.
Tags: публикации, час пик
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments