Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Из разговора об пиратов

собственники очень уж охотно платят им милионный выкуп

По-моему, наоборот - очень даже неохотно. После долгих переговоров.

При этом, похоже, все это дело страхуется (вот тут, к примеру, что-то объясняется - http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/content/article/2008/11/21/AR2008112103154.html). И если так, то собственники платят не столько сам выкуп, сколько страховую премию и, наверно, какую-то долю этого самого выкупа.

При этом страховая премия, конечно, растет, но все надо видеть в контексте. Там проходит, кажется, несколько ДЕСЯТКОВ ТЫСЯЧ больших торговых судов в год, из них пираты захватывают, навскидку, десять-двадцать, то есть порядка одной десятой процента. Что цена не запредельная - видно, наверно, хотя бы из того, что не наблюдается переключения трафика вокруг мыса Доброй Надежды или как-нибудь еще. Можно также предположить, что платежи в случае гибели моряков могут для собственника быть сравнимыми с размерами выкупа или даже превышать его, то есть когда судно уведено к берегу, никакой реальной альтернативы уже нет.

Добавлю, что в том, что касается борьбы с пиратством, то использование военного флота вряд ли поможет. В конце концов, наши военные моряки так браво штурмовали судно только по той причине, что гражданские моряки где-то уже спрятались и заперлись, а пираты нападения не ожидали. Очевидно, в следующий раз пираты, обнаружив русских моряков, потребуют, чтобы те сообщили по радио, что к каждому из них уже привязана граната и т.д. Думаю, наша публика совсем иначе восприняла бы рассказы от штурме судна, если бы штурм повлек гибель самих заложников (как это уже случилось с французами).

При этом способ борьбы с сомалийским пиратством кажется мне более чем простым и понятным. Почему такое пиратство существует в Сомали, а не существует больше нигде? Потому что в его основе лежит не простое ограбление судна (как это бывает в районе Молуккского [мне тут ниже указали на ошибку - конечно, не "Молуккского", а "Малаккского"] пролива), а увод его в настоящий порт. Для этого необходим такой порт - с пирсами, буксирами, окружающим городом и т.д. В нормальных условиях, то есть таких, которые существуют везде, кроме Сомали, организованное общество не допускает существования такой развитой сухопутной базы пиратства. Так как в наше время основной формой организации общества является государство, то и регулируется это на межгосударственном уровне. То есть мировое сообщество ставит прибрежные государства в такую ситуацию, что допущение сухопутной базы пиратства оказывается для них менее привлекательным, чем недопущение.

В случае же Сомали мы наблюдаем государство Пунтланд, которое таковым не признается, то есть отсечено от возможных бенефитов сотрудничества и не несет рисков, связанных с отказом от сотрудничества. Непризнание Пунтланда - штука совершенно догматическая и бессмысленная. Наоборот, признание, по моему мнению, быстро приведет к ликвидации сухопутной базы пиратства и появлению гораздо более надежных источников дохода.

То есть повторяется уже известная история. Непризнание талибов привело к тому, что Афганистан стал базой Бин Ладена. Непризнание Пунтланда ведет к развитию и сохранению пиратства.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 154 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →