Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Беслан, транскрипт-19

http://www.pravdabeslana.ru/020805-19.htm

Отрывки:



<...>

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Я прошу вас уяснить одно, мы сегодня судим Кулаева.
Марина Пак:
- Ну ни Кулаев же за все отвечает!
- Пак, я вас в последний раз предупреждаю, мое терпение иссякнет, присаживайтесь я сказал, присаживайтесь я сказал, присаживайтесь я сказал.
<...>
- Вы Кулаева не видели?
- Нет.
Марина Пак:
- Можно я прокурору задам вопрос?
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Нет.
- Пожалуйста. Вот если Вы говорите, что сегодня судят только Кулаева, а она его в школе не видела, то почему ее вызвали? Для чего?
- Что Вы хотите, Пак?
- Почему ее вызвали?
- Я Вас в последний раз предупреждаю!!! Я Вас удалю из зала.
- Я имею право знать правду?
- Вы имеете право, но Вы не имеете право нарушать порядок судебного заседания. Удалите ее из зала судебного заседания. Я Вам еще раз говорю, прекратите это.
(крики в зале)
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Не надо мне угрожать.

<...>

Фамилия, имя, отчество.
- Гассинова Алета Борисовна.
<..>
Когда мы отползли, прошло примерно пол часа, и я заметила суматоху возле этой педали. Боевики как-то отскочили, что-то пытались сделать, я точно не помню, и тут раздался взрыв.
<...>
- Вы рассказали, что заметили какую-то суматоху в зале. Что это была за суматоха?
- Я не помню сколько их было. По моему 2. вы знаете, третий день, это был такой день, я не могу сказать. Они начали суетиться. Может его убили, сняли с педали. Я не могу Вам сказать. Я просто увидела суматоху. Они отскакивали от педали.
- А в третий день до взрыва боевики там дополнительно мины ставил?
- Они переставляли просто мины. Все провода цепляли, и они их из центра к окну переставили.
<...>
Сослан Кочиев:
- Вы сказали о суете около кнопки. Как Вам кажется, этот взрыв для них был неожиданным?
- Да для них самих это было неожиданно. Когда мы уже выходили в столовую, то вдоль раздевалок стояли, и говорили: «Быстрее идите». Боевики сами стояли и ошарашено смотрели на это.
- Вы слышали команду боевикам подорвать зал?
- Нет.
- А какой-то разговор боевиков?
- Нет.
- Нет вопросов.

<...>

- Спасибо присаживайтесь. Дзуцева. Фамилия, имя, отчество.
- Дзуцева Ирина Муратовна.
<...>
Таймураз Чеджемов:
- Как Вы считаете, должны были Дзасохов, Зязиков, Аслаханов, Рошаль пойти в школу?
- Я считаю что да. Должно было делаться все, для спасения детей. Все условия которые они требовали, должны были каким либо образом выполняться. Они не имели право жертвовать жизнями детей.
- А вы представляете вариант что они зашли, их захватили и никого не выпустили. Или другой вариант. Они могли зайти, а кого-то бы выпустили. Как Вы думаете?
- В любом случае, даже если бы они зашли и не вышли, это был бы мужской героический поступок.
- А вот говорят, Дзасохова не пустили на переговоры.
- Он является президентом, он обязан был пойти!!!
Таймураз Чеджемов:
- Ваша честь. Я хочу сделать заявление. Здесь уже несколько раз поднимались вопросы, которые я считаю связанными с причинами и условиями, способствующим совершению преступления. Это статья 73 УПК РФ. Эти вопросы мы вправе здесь в суде исследовать, и другого пути, как их исследовать, прежде чем задавать вопросы свидетелям, я, например не вижу. Прокуратура республики расследуя это дело совершенно никаких попыток выяснить эти причины и условия, способствующие совершению теракта не предпринимала. Более того, они «заминали» этот вопрос и «затирали» вину тех, чья вина была очевидна. Я прошу Вас. Мы обязаны в суде и имеем право эти вопросы выяснять. Другой вопрос, кому-то не нравится, что говорят потерпевшие, кто-то не согласен с ними. Это уже вопрос оценки. Я понимаю, многим не нравиться, когда здесь говорят о Дзасохове и о других высоких должностных лицах. Это вопрос оценки, соглашаться с ними или нет. Делать какие-то выводы или нет. Но потерпевшие имеют право высказывать свое мнение по тем вопросам, которые являются предметом доказывания по делу. Я прошу не лишать вас этого права.
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Я тоже хочу довести до Вашего сведения, что сегодня мы рассматриваем уголовное дело в отношении Кулаева, которое выделено из общего дела, которое на данный момент расследуется. И в рамках этого дела пусть дается оценка тех лиц, о которых мы сегодня говорим. Сегодня мы рассматриваем единственное уголовное дело в отношении Кулаева, а то о чем Вы говорите, это все расследуется в рамках того основного дела, следствие по которому ведется.
- Ваша честь. Здесь странный спор идет. Есть статья 73 УПК. И в ней записано, что по каждому уголовному делу, это дело Кулаева, Иванова или Петрова, должны выясняться обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. Если хотите, и здесь этот вопрос важен. Если боевики проехали свободно через границу и их никто не останавливал, то это один вариант. Если бы они с боем прорвались к школе, если бы истребляли милиционеров на своем пути, то это другой вариант. Тогда бы мы вопрос об этих причинах и условиях оценивали бы по-другому и говорили бы, что это не просто захватили мирных людей, а истребляли и военных и таких и сяких. Это бы говорил о более повышенной общественной опасности Кулаевых. В каждом деле, и в деле Кулаева, стороны должны исследовать вопросы о причинах и условиях. Что касается Дзасоховых, Дзантиевых, Андреевых, то эти люди были непосредственными участниками тех преступлений, о которых здесь идет речь. Я не понимаю, почему о их делах нельзя допрашивать людей? Я понимаю, они были неприкасаемые до сих пор, и остаются такими. Но мы вправе ставить вопрос о действиях всех людей, которые участвовали в этом теракте.
Потерпевшая:
- Можно я скажу, раз у меня есть такое право. Вы же меня в самом начале спросили, видела ли я его. Я сказала, нет. Значит я могла спокойно сесть и ничего не говорить? Почему мне надо было все это рассказывать, ворошить душу?
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Никто не говорит, что Вам это не надо рассказывать.
- Но я его не видела.
- Вы признаны потерпевшей по делу, поэтому мы Вас допрашиваем. Никто не запрещает Вам говорить то, что Вы хотите.
- Я, например, больной человек. Я пришла сегодня с трудом для тог, чтобы рассказать правду. Этого человека я не видела. А тех которых я видела, и которых я среди убитых не видела, я здесь не вижу. Почему я не имею право говорить о том, что было. И о тех, кто в самом деле виноваты. А человек, который является пешкой, который был просто использован, он в данном случае является крайним, которого мы видим. А те которые находились там, мы почему-то их не видим. И среди убитых я их тоже не видела.
Таймураз Чеджемов:
- Можно продолжить?
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Конечно можно, но это же 252 статья.
- Я знаю, Ваша честь, спасибо. Значит, Вы считаете, что они должны были пойти на переговоры, независимо от всего?
Потерпевшая:
- Да.
- И еще вопрос. Пожалуйста постарайтесь четче отвечать. Вы считаете нормальным, что после тех событий, которые произошли до 1 сентября, вы помните, взрывы самолетов, нападение на Назрань, Вы считаете нормальным, что банда боевиков спокойно села, проехала и захватила школу? И как Вы это оцениваете?
- Это коррумпированность наших органов, халатность, безответственность наших служб.
- Вы не могли бы сказать поконкретнее.
- МВД, они все взаимосвязаны. И наше ГИБДД, все кто позволили чтобы боевики беспрепятственно прошли на нашу территорию.

<...>

- Сасиева-Салбиева. Фамилия, имя, отчество.
- Сасиева-Салбиева Мадина Казбековна.
<...>
- Где вы находились в момент взрыва?
- В момент взрыва я находилась напротив двери со стороны входа, около пульта, боевик на нем автомат держал.
- Вы видели близко боевика на пульте?
- Да.
- Какие его действия перед взрывом?
- Перед взрывом он читал «Коран». Он буквально не замечал шума зала а в зале было очень шумно. Он углубился в чтение.
- Он его читал?
- Да, наверное, про себя.
- Когда он прочитал «Коран», что он сделал дальше?
- Ну, вот он читал, и где-то за 20-30 минут до взрыва в зале оставалось 2 боевика.
- Ну, когда он прочитал, что он сделал?
- Он вот так и остался, его так и убило.
- А ногу он убрал с пульта, когда закончил читать?
- Не замечала.
- А на предварительном следствии Вы такие же показания давали как сегодня? Относительно этого боевика?
- У меня не брали насчет этого боевика. У меня в Москве брали.
- Но вы говорили, что он дочитал «Коран», убрал его в сторону, и убрал ногу с пульта?
- Ну, я не заметила, чтобы он убирал ногу.
<...>
Таймураз Чеджемов:
- Скажите, пожалуйста, вы помните тог человека, который на кнопке сидел?
- Нет, они постоянно менялись.
- До взрыва, Вы не видели, чтобы они ногу сознательно с пульта убирали?
- Я не помню.
- Значит, Вы так не говорили?
- Помню, что он читал «Коран», но не помню, ногу он убирал или нет.
- Вы сегодня это не помните, или вообще?
- Вообще.
- А вот тут говорят, что Вы показания давали, что он убрал ногу с пульта.
- Нет.
- Когда Вас допрашивали?
- Нет.
- Вы подписали, что написал следователь?
- Да.
- Вы читали, что он там написал?
- Да.
- Все правильно там было написано?
- Да.
- А там написано, что боевик, который читал «Коран» убрал ногу.
- Я так не говорила.
- Как это можно понять. Значит, неправильно записали? Вы не читали то что написал следователь!!!
- Я читала.
- Нет вопросов.

<...>

Таймураз Чеджемов:
- Ваша честь. Можно подсудимому вопрос. Кулаев, вы наркотики употребляли когда-нибудь?
- Нет. Я даже сигареты не курил никогда.
- А в вашей группе употребляли?
- Никто не употреблял.
- А вот 1, 2, 3, там употребляли наркотики?
- Нет. Даже когда осетина ранили, у них даже укол чем сделать не было.
- Нет вопросов.
Tags: Беслан
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments