Boris Lvin (bbb) wrote,
Boris Lvin
bbb

Беслан, транскрипт-19

http://www.pravdabeslana.ru/020805-19.htm

Отрывки:



<...>

Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Я прошу вас уяснить одно, мы сегодня судим Кулаева.
Марина Пак:
- Ну ни Кулаев же за все отвечает!
- Пак, я вас в последний раз предупреждаю, мое терпение иссякнет, присаживайтесь я сказал, присаживайтесь я сказал, присаживайтесь я сказал.
<...>
- Вы Кулаева не видели?
- Нет.
Марина Пак:
- Можно я прокурору задам вопрос?
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Нет.
- Пожалуйста. Вот если Вы говорите, что сегодня судят только Кулаева, а она его в школе не видела, то почему ее вызвали? Для чего?
- Что Вы хотите, Пак?
- Почему ее вызвали?
- Я Вас в последний раз предупреждаю!!! Я Вас удалю из зала.
- Я имею право знать правду?
- Вы имеете право, но Вы не имеете право нарушать порядок судебного заседания. Удалите ее из зала судебного заседания. Я Вам еще раз говорю, прекратите это.
(крики в зале)
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Не надо мне угрожать.

<...>

Фамилия, имя, отчество.
- Гассинова Алета Борисовна.
<..>
Когда мы отползли, прошло примерно пол часа, и я заметила суматоху возле этой педали. Боевики как-то отскочили, что-то пытались сделать, я точно не помню, и тут раздался взрыв.
<...>
- Вы рассказали, что заметили какую-то суматоху в зале. Что это была за суматоха?
- Я не помню сколько их было. По моему 2. вы знаете, третий день, это был такой день, я не могу сказать. Они начали суетиться. Может его убили, сняли с педали. Я не могу Вам сказать. Я просто увидела суматоху. Они отскакивали от педали.
- А в третий день до взрыва боевики там дополнительно мины ставил?
- Они переставляли просто мины. Все провода цепляли, и они их из центра к окну переставили.
<...>
Сослан Кочиев:
- Вы сказали о суете около кнопки. Как Вам кажется, этот взрыв для них был неожиданным?
- Да для них самих это было неожиданно. Когда мы уже выходили в столовую, то вдоль раздевалок стояли, и говорили: «Быстрее идите». Боевики сами стояли и ошарашено смотрели на это.
- Вы слышали команду боевикам подорвать зал?
- Нет.
- А какой-то разговор боевиков?
- Нет.
- Нет вопросов.

<...>

- Спасибо присаживайтесь. Дзуцева. Фамилия, имя, отчество.
- Дзуцева Ирина Муратовна.
<...>
Таймураз Чеджемов:
- Как Вы считаете, должны были Дзасохов, Зязиков, Аслаханов, Рошаль пойти в школу?
- Я считаю что да. Должно было делаться все, для спасения детей. Все условия которые они требовали, должны были каким либо образом выполняться. Они не имели право жертвовать жизнями детей.
- А вы представляете вариант что они зашли, их захватили и никого не выпустили. Или другой вариант. Они могли зайти, а кого-то бы выпустили. Как Вы думаете?
- В любом случае, даже если бы они зашли и не вышли, это был бы мужской героический поступок.
- А вот говорят, Дзасохова не пустили на переговоры.
- Он является президентом, он обязан был пойти!!!
Таймураз Чеджемов:
- Ваша честь. Я хочу сделать заявление. Здесь уже несколько раз поднимались вопросы, которые я считаю связанными с причинами и условиями, способствующим совершению преступления. Это статья 73 УПК РФ. Эти вопросы мы вправе здесь в суде исследовать, и другого пути, как их исследовать, прежде чем задавать вопросы свидетелям, я, например не вижу. Прокуратура республики расследуя это дело совершенно никаких попыток выяснить эти причины и условия, способствующие совершению теракта не предпринимала. Более того, они «заминали» этот вопрос и «затирали» вину тех, чья вина была очевидна. Я прошу Вас. Мы обязаны в суде и имеем право эти вопросы выяснять. Другой вопрос, кому-то не нравится, что говорят потерпевшие, кто-то не согласен с ними. Это уже вопрос оценки. Я понимаю, многим не нравиться, когда здесь говорят о Дзасохове и о других высоких должностных лицах. Это вопрос оценки, соглашаться с ними или нет. Делать какие-то выводы или нет. Но потерпевшие имеют право высказывать свое мнение по тем вопросам, которые являются предметом доказывания по делу. Я прошу не лишать вас этого права.
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Я тоже хочу довести до Вашего сведения, что сегодня мы рассматриваем уголовное дело в отношении Кулаева, которое выделено из общего дела, которое на данный момент расследуется. И в рамках этого дела пусть дается оценка тех лиц, о которых мы сегодня говорим. Сегодня мы рассматриваем единственное уголовное дело в отношении Кулаева, а то о чем Вы говорите, это все расследуется в рамках того основного дела, следствие по которому ведется.
- Ваша честь. Здесь странный спор идет. Есть статья 73 УПК. И в ней записано, что по каждому уголовному делу, это дело Кулаева, Иванова или Петрова, должны выясняться обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. Если хотите, и здесь этот вопрос важен. Если боевики проехали свободно через границу и их никто не останавливал, то это один вариант. Если бы они с боем прорвались к школе, если бы истребляли милиционеров на своем пути, то это другой вариант. Тогда бы мы вопрос об этих причинах и условиях оценивали бы по-другому и говорили бы, что это не просто захватили мирных людей, а истребляли и военных и таких и сяких. Это бы говорил о более повышенной общественной опасности Кулаевых. В каждом деле, и в деле Кулаева, стороны должны исследовать вопросы о причинах и условиях. Что касается Дзасоховых, Дзантиевых, Андреевых, то эти люди были непосредственными участниками тех преступлений, о которых здесь идет речь. Я не понимаю, почему о их делах нельзя допрашивать людей? Я понимаю, они были неприкасаемые до сих пор, и остаются такими. Но мы вправе ставить вопрос о действиях всех людей, которые участвовали в этом теракте.
Потерпевшая:
- Можно я скажу, раз у меня есть такое право. Вы же меня в самом начале спросили, видела ли я его. Я сказала, нет. Значит я могла спокойно сесть и ничего не говорить? Почему мне надо было все это рассказывать, ворошить душу?
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Никто не говорит, что Вам это не надо рассказывать.
- Но я его не видела.
- Вы признаны потерпевшей по делу, поэтому мы Вас допрашиваем. Никто не запрещает Вам говорить то, что Вы хотите.
- Я, например, больной человек. Я пришла сегодня с трудом для тог, чтобы рассказать правду. Этого человека я не видела. А тех которых я видела, и которых я среди убитых не видела, я здесь не вижу. Почему я не имею право говорить о том, что было. И о тех, кто в самом деле виноваты. А человек, который является пешкой, который был просто использован, он в данном случае является крайним, которого мы видим. А те которые находились там, мы почему-то их не видим. И среди убитых я их тоже не видела.
Таймураз Чеджемов:
- Можно продолжить?
Тамерлан Агузаров, председатель Верховного Суда РСО-Алания:
- Конечно можно, но это же 252 статья.
- Я знаю, Ваша честь, спасибо. Значит, Вы считаете, что они должны были пойти на переговоры, независимо от всего?
Потерпевшая:
- Да.
- И еще вопрос. Пожалуйста постарайтесь четче отвечать. Вы считаете нормальным, что после тех событий, которые произошли до 1 сентября, вы помните, взрывы самолетов, нападение на Назрань, Вы считаете нормальным, что банда боевиков спокойно села, проехала и захватила школу? И как Вы это оцениваете?
- Это коррумпированность наших органов, халатность, безответственность наших служб.
- Вы не могли бы сказать поконкретнее.
- МВД, они все взаимосвязаны. И наше ГИБДД, все кто позволили чтобы боевики беспрепятственно прошли на нашу территорию.

<...>

- Сасиева-Салбиева. Фамилия, имя, отчество.
- Сасиева-Салбиева Мадина Казбековна.
<...>
- Где вы находились в момент взрыва?
- В момент взрыва я находилась напротив двери со стороны входа, около пульта, боевик на нем автомат держал.
- Вы видели близко боевика на пульте?
- Да.
- Какие его действия перед взрывом?
- Перед взрывом он читал «Коран». Он буквально не замечал шума зала а в зале было очень шумно. Он углубился в чтение.
- Он его читал?
- Да, наверное, про себя.
- Когда он прочитал «Коран», что он сделал дальше?
- Ну, вот он читал, и где-то за 20-30 минут до взрыва в зале оставалось 2 боевика.
- Ну, когда он прочитал, что он сделал?
- Он вот так и остался, его так и убило.
- А ногу он убрал с пульта, когда закончил читать?
- Не замечала.
- А на предварительном следствии Вы такие же показания давали как сегодня? Относительно этого боевика?
- У меня не брали насчет этого боевика. У меня в Москве брали.
- Но вы говорили, что он дочитал «Коран», убрал его в сторону, и убрал ногу с пульта?
- Ну, я не заметила, чтобы он убирал ногу.
<...>
Таймураз Чеджемов:
- Скажите, пожалуйста, вы помните тог человека, который на кнопке сидел?
- Нет, они постоянно менялись.
- До взрыва, Вы не видели, чтобы они ногу сознательно с пульта убирали?
- Я не помню.
- Значит, Вы так не говорили?
- Помню, что он читал «Коран», но не помню, ногу он убирал или нет.
- Вы сегодня это не помните, или вообще?
- Вообще.
- А вот тут говорят, что Вы показания давали, что он убрал ногу с пульта.
- Нет.
- Когда Вас допрашивали?
- Нет.
- Вы подписали, что написал следователь?
- Да.
- Вы читали, что он там написал?
- Да.
- Все правильно там было написано?
- Да.
- А там написано, что боевик, который читал «Коран» убрал ногу.
- Я так не говорила.
- Как это можно понять. Значит, неправильно записали? Вы не читали то что написал следователь!!!
- Я читала.
- Нет вопросов.

<...>

Таймураз Чеджемов:
- Ваша честь. Можно подсудимому вопрос. Кулаев, вы наркотики употребляли когда-нибудь?
- Нет. Я даже сигареты не курил никогда.
- А в вашей группе употребляли?
- Никто не употреблял.
- А вот 1, 2, 3, там употребляли наркотики?
- Нет. Даже когда осетина ранили, у них даже укол чем сделать не было.
- Нет вопросов.
Tags: Беслан
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments